Eng
Интервью / Запад

«Раньше мне было важно, где обедать, а теперь важно - с кем».

28 ноября 2007 г., «Российская газета»

Хорошо смеется тот, кто смеется искренне и весело на восьмом десятке. А живет при этом, как молодой парень: много работает, путешествует, зарабатывает деньги, женится... Учит новые языки и активно занимается спортом. Мировая слава и масштабные заслуги - это само собой, все при нем. Одно из главных удовольствий его жизни - поговорить «с человеком, который делает тебя хоть на секунду лучше или умнее». Он сам и есть такой человек. Такое впечатление осталось после разговора с Андреем Кончаловским.

Джаггер и возраст

- Вот вы, Андрей Сергеевич, на обложке у нас (речь о декабрьском номере журнала «Медведь». – «РГ»). А на прошлой был Мик Джаггер.

Кончаловский: Мик Джаггер?! У меня с ним была смешная история. Я хотел, чтоб он спел Раскольникова в опере «Преступление и наказание». Мы с ним встретились в Нью-Йорке, в гостинице, он открыл мне дверь и шепчет: «Проходи на цыпочках! Я пришел в пять утра, жена ждала меня - только что заснула. Злая была». Он показал мне ссадину на лбу, она ему засадила чем-то. Это его бывшая жена, манекенщица, с которой он развелся. Как же ее звали?.. И мы с ним шепотом беседовали и ели клубнику. Американская клубника невкусная, она как пластмассовая. Он говорил: «Да, интересно - спеть Раскольникова!» Но потом выяснилось, что партитура другая абсолютно, и ему это просто не спеть. А он на Раскольникова похож, тоже сумасшедший. Такой вообще... Старушку убить ничего не стоит ему. Он очень симпатичный, очень симпатичный скромный человек, совсем не похож на... некоторых других. Скромный, застенчивый - очаровательная личность!

- А давно эта история была, с Раскольниковым?

- Это давно было... В 1985 году.

- Вы с Джаггером почти ровесники, он на шесть лет моложе, в серьезном возрасте оба, а ведете жизнь молодых ребят: много работаете, женитесь, рожаете детей, путешествуете, что-то придумываете, такие подтянутые, спортивные...

- Ну, повезло! По-другому нельзя сказать. Больше всего мне повезло, когда в день рождения мне позвонил папа и сказал: «Тебе везет, что тебя отец поздравляет с семидесятилетием».

- Это круто.

- Да, вот это круто! Большего счастья нет. Мать ушла, а отец жив, слава богу. Пока отец жив, такое ощущение где-то, что я бегаю под столом все равно... У меня нет вообще ощущения возраста. Ну болит что-то... Мне один врач сказал: у нормального человека обязательно должно болеть что-нибудь, но все время разное! Тогда он здоров. А если болит одно, это хуже...

- Я вот недавно брал интервью у Алексея Балабанова. Так он говорил: сейчас сниму еще один фильм - и заканчиваю с этим делом. Потому что он уверен: после пятидесяти снять хорошее кино уже невозможно.

- Ну замечательно. Пускай делает, как хочет. Но есть режиссеры - Феллини, Бертолуччи... Бергман после пятидесяти снял свои лучшие картины! Что вы! У одного рано кончается, у другого - поздно. Это все зависит...

- В общем, мнение Балабанова вас не смущает.

- Ну он симпатичный... Пусть он снимает картины, если ему хочется. А если не хочется, пусть не снимает! Жизнь такая короткая вещь: пусть человек делает что хочет, и за это отвечает.

- А помните, Бунин писал: пока я чувствую себя мужчиной, я могу заниматься творчеством. Вы согласны с этой мыслью?

- Конечно, и это играет роль. Желание, вообще говоря, это и есть жизнь. Когда нет желания - нет жизни... Желание - это манифестация жизни...

- Именно ЭТОГО желания?

- Любого! Есть, пить, заниматься любовью - эти все желания - творческие, это все связано. Думаю, даже у старого и немощного великого художника, у него все равно тестостерон выделяется, если у него есть желание. Стоять - не обязательно физически, есть же великие старцы - Дали, Картье-Брессон. Нет, я не согласен, что тут прямая связь. Есть художники вполне бездарные, но очень сексуально потентные.

Селекция

- И все-таки вы отчего такой крепкий, бодрый? Оттого что были века династических браков, шло выведение породы, элитных сортов?

- Откуда я знаю? Вот вы говорите - порода. А ее надо разбавлять людьми без породы! И тогда вырастает талант и мощь. Например, хорошо, когда к русской крови добавляется еврейская.

- Об этом говорил еще академик Амосов.

- И Вишневский Александр Александрович так считал! Он говорил: я талантливый хирург, потому что во мне есть еврейская кровь!

- А у вас еврейской крови ведь нету?

- Нету.

- А как же вы...

- Нет, ну это ж не обязательно! Но зато у нас есть много других кровей. Немецкая - прапрадед был женат на немке. Литовская - Кончаловский, он из Литвы выходец. Французская - Суриков, сибирский казак, женился на полуфранцуженке. Русское дворянство всегда мешалось с другими... Конечно, есть порода, гены - сильная вещь, но элитность, я уверен, зависит целиком от воспитания. Конечно, какие-то вещи передаются по наследству, но можно найти абсолютного аристократа из крестьян, который будет аристократ настоящий, даже если он вилку держит неправильно. И можно найти абсолютного плебея среди аристократов.

- Я думаю, что все-таки есть какие-то вещи, которые нельзя наработать за одно поколение. Нужны второе, третье, пятое, чтоб до чего-то дойти.

- Конечно.

- Если мой дед был крестьянин, а потом служил в ЧК, я по определению получал от него вещи, отличные от тех, которые получали вы от своего деда.

- Луначарского спросили, сколько университетов надо закончить, чтоб быть интеллектуалом. Он сказал: три. Один должен закончить прадедушка, второй - дедушка и третий - отец.

- Так что вы получили уже при рождении хорошую фору.

- Мне повезло. Я тут ни при чем, так карты упали.

- Очень интересна тема династий, тема русского дворянства. Вот в революцию прервалась связь времен, и люди цепляются за те частные случаи, когда связь времен разорвана не была, в виде исключения.

- Может быть и так, да.

- Ваши предки - бояре...

- Вы знаете, любая династия вырождается, если нет свежих соков, притока новой крови. Феллини в «Сладкой жизни» замечательно показал вырождающуюся итальянскую аристократию. Нужна свежая кровь! Вот как мой Егор: у него мама наполовину казашка, наполовину полька... Династия - это хорошо, это традиции, но все равно надо работать! На династию не проживешь. Если ты только не принц Чарльз, но и тот все время работает! Все время! У него замечательный фонд защиты животных... Он активно олимпийцев поддерживает. Мы художники, не политики, мы совсем другие люди...

- Мне все-таки приятно, что в России остались дворяне, что не всех перерезали большевики, что вы выжили...

- Да... Повезло...

- Мне хочется узнать: вы чувствуете ответственность за прошлое, за то, что вы дворянин, тяжело нести этот груз?

- Смешно в наше время думать о дворянстве. Надо просто жить, чтоб стыдно не было.

- Но пронзает иногда: вот, мы-де бояре?

- Нет.

- А вот Никита Сергеевич признавался, что с гордостью думает, что его предки были не последние люди в стране.

- Я - нет. У меня этого нет.

Личное

Меня больше волнует не мое дворянство, а то, какие трусы были в XIX веке у женщин, когда Антон Павлович ухаживал за какой-нибудь студенткой... Он очень любил женщин. Чехов терпеть не мог людей, которые хвастали своими победами над женщинами, потому что он их по-настоящему э-э-э... любил. И вот я хочу себе представить... Вы знаете, какое тогда было нижнее белье?

- Ну длинные панталоны, как у Бекки Тэтчер...

- Гм... Интересно, что сейчас женщине, чтоб с мужчиной сойтись, много не нужно снимать с себя.

- Моника Левински вообще ничего не снимала. В Овальном кабинете. (Но Моника ему неинтересна, он не откликается и продолжает о своем. - И.С.)

- А тогда надо было столько снять! Корсаж один чего стоил... Мне это очень интересно - быт людей разных времен. Вот я думаю: какой быт был у человека, который из варяг в греки двигался? Он должен был много грести, у него мозоли на руках... Мышцы какие у него! Это еда страшная, и отхожих мест нет.

- Вот именно!

- Но человек жил и ходил - от Норвегии до Константинополя!

- А жил не хуже нас с вами.

- И был не менее счастлив.

- Больше радовался достигнутому.

- Да! Сейчас самолет Москва-Стамбул за два часа бум - и все. Так что меня больше интересует не моя родословная, а быт людей далеких времен.

- А меня волнует, что они не мылись.

- При Чехове уже мылись. Правда, без душей, а при помощи фарфоровых тазов и кувшинов. Кувшин и таз!

- Наполеон запрещал своим подругам мыться.

- Ему это нравилось. Были разные люди...

- Вот вы говорите: Чехов и хвастовство, победы над женщинами. В печати было много упреков в ваш адрес по похожему поводу...

- Я никогда не хвастал, я просто рассказывал.

- Но вас ругали, что вы пишете про дам, а они давно замужем...

- Но тогда не были. Про тех, кто был замужем, я не писал. И, во-вторых, я писал не о том, как мы были близки, я писал о том, что у нас была любовь, роман, увлечение. Я писал о том счастливом времени, которое я проводил с какими-то женщинами. Счастливом времени...

- Думаю, это от зависти вас попрекали.

- В России любят несчастных и мертвых, а счастливых и небедных не любят. Не любят... Об этом замечательно пишет Коровин в своей статье «Человек за забором». Он думал так, этот человечек: «Шаляпин - хороший певец, но пьет, дебош вот устроил. А такой-то талантлив, но от него жена ушла. Корова сдохла, пустячок, а приятно». Это русская крестьянская черта.

- Вам говорили, конечно, вот Юля Высоцкая - ваша жена, поэтому вы ее снимаете в кино и в театре даете роли. Вы на это однажды ответили, что, как жесткий режиссер, во второй раз вы бы ее не взяли, будь она плохой актрисой.

- Я и первый раз ее взял потому, что она хорошая актриса. Если б была плохая, я б ее не снимал! Нельзя снимать плохую актрису, это позор и для нее, и для меня. Бездарность тащить бесполезно, это глупо, это делает несчастными всех. А Юля - талант!

- Помните, в прямом эфире какого-то радио до вас дозвонился слушатель и спросил: а кто ваша следующая жена? Циничный вопрос...

- Пускай спрашивает. Человек может задавать любой вопрос, и я могу на это отвечать или нет. (Тогда он ответил: «Не знаю, какая следующая, мне очень нравится настоящая». - И. С.)

- Расскажите про брата.

- А вы сами его спросите.

- Я спрашивал... У вас переменилось к нему отношение по прошествии лет.

- Ну как... Все меняется! Одно дело брат в четырнадцать лет, другое - сейчас.

- Когда-то у вас была конкуренция...

- Ну, конкуренция - она всегда есть между художниками, для этого им не обязательно быть братьями. У меня конкуренция с любым художником, который мне интересен. Чаще это конкуренция с художниками, которых нет в живых, но которые по-прежнему меня волнуют.

- Ну да, вы говорили, что театр интересней кино потому, что там работаешь с гениями - Чеховым, Стриндбергом...

- В театре поиск истины идет, а в кино поиска истины нет... Надо ее заранее найти, а потом снимать.

Всеобщая теория России

- Андрей Сергеевич! Я уже лет пятнадцать слежу за развитием вашей «Всеобщей теории России» (я так для себя условно назвал вашу систему взглядов). В 1993 году вы сделали сенсационное заявление со ссылкой на некоего пожившего у нас англичанина, что главная беда русских такая: у них белая кожа. Это сбивает с толку и их (они не могут определить свою идентичность), и внешний мир. Будь русские коричневыми или черными, они бы спокойно жили как коричневые, и не было б никаких исканий и надрывов и утверждений типа «мы не такие, как все, у нас особый путь». Но вот такая ирония судьбы: русские снаружи - белые, и они пытаются себя найти как белая нация. Безуспешно и очень затратно.

- Да, я так считаю.

- Потом вы сказали, что у нас на дворе XVI век, и русские имеют менталитет средневековых людей, потому у нас так низка цена человеческой жизни. В 90-е у нас убивали так же легко, как в Англии во времена Шекспира... Потом вы добавили: русские ведут себя как дети. Позабавило меня и еще одно ваше наблюдение: русским ближе и понятней мусульмане, а протестанты или там католики кажутся православным куда более чуждыми... Эти ваши идеи мне близки. Я сам немало написал текстов о том, что русские удивительно похожи на негров.

- Да, это все похоже на Африку... Я имел в виду африканскую ментальность. Племенные связи, крестьянство, привязанность к земле вообще – «все от земли идет», - много охотников и рыболовов... Орехи собирают, грибы, ловят рыбу. Начальство становилось сразу самыми богатыми людьми, вождь должен быть с палкой. Каждый новый вождь ставит своих людей - семейственность!

- И никому нельзя доверять, кроме своих. У русских нельзя есть пирожки чужие. И заборы высокие ставят, как в XVI веке в Европе. У вас там на Николиной такие заборы! Не пройти просто.

- Да-да. Но нельзя обижаться на сравнение с неграми. Африка - великий континент. Там живут замечательные люди. Прекрасные музыканты. Негры - лучшие спортсмены в мире. Я не вижу в этом сравнении оскорбления, я вижу в этом параллели большие. Безусловно, мы со своими ценностями далеки от Европы.

- Хочется сделать голливудский счастливый конец вашей теории России. Вы говорили, что в свете будущих природных катаклизмов Россия станет самым лучшим местом для жизни. Так?

- Да, но это не завтра, это не скоро, пройдет двадцать-тридцать-сорок лет. Климатические перемены неизбежны, но они, слава богу, не идут так быстро.

- Но мы можем надеяться на то, что наши дети будут жить в замечательных условиях?

- Безусловно.

- Мы Англии будем продавать куски земли на китайской границе за хорошие деньги, то есть не продавать, а сдавать в аренду на девяносто девять лет.

- Конечно!

Запад

- Такой углубленный взгляд на Россию у вас, наверное, появился после жизни на Западе?

- Нет, намного раньше: в 1968-м, когда я познакомился с работами Чаадаева. Работы Чаадаева и Андрея Платонова повлияли на мое восприятие России.

- Вы вообще приобрели многие западные черты: следите за здоровьем, держите вес.

- Это было до Европы.

- Значит, жизнь там вам ничего не дала...

- Ну, всегда можно узнать что-то новое. Чтобы заниматься своим весом, своим здоровьем, не обязательно быть под влиянием Европы. Я всегда интересовался Европой, я считаю себя в определенном смысле русским европейцем - эта культура была привита мне моим дедом Петром Кончаловским, который говорил по-французски, по-испански. Он очень любил Францию, он в своем творчестве был связан с Сезанном, с Матиссом. Думаю, это тоже повлияло... Мама тоже говорила по-французски, по-испански, по-английски, по-итальянски. Это тоже влияло на меня... Русские делятся на тех, кто страдает за границей, как Вася Шукшин, который даже из автобуса не хотел вылезать там, и тех, которым нравится бегать по западным музеям, по улицам, сидеть в кафе, быть частью той толпы. Я хочу, чтобы мои дети учились в Лондоне! Там лучшее образование. А потом, чтоб они работали в России. С английским образованием.

- Я вспомнил Есенина, он говорил, что на Западе ему не нравится - там-де не перед кем раскрыть свою душу.

- Правильно, там раскрывать душу не надо. У англичан в этом особой потребности нет. Они все индивидуалисты.

- Вы ездили на Запад, когда туда никого не пускали. А теперь, когда все открыто, вы в России. Интересно! Вообще, вот почему мы живем в России?

- Если бы в начале 80-х из России можно было бы выезжать так же просто, как сейчас, может, я бы и не уехал. Я бы просто ездил ненадолго и возвращался. Я любил путешествовать! На это нужны деньги. Чтоб они были, надо было работать за границей, потому что в России тогда нельзя было заработать. Я просто хотел ездить! Я не мог проситься в путешествия, ходя по выездным комиссиям! Чтоб в итоге поехать на пять дней! В составе делегации! И ходить там парами! Это было омерзительно! Я не мог вынести этого. Я хотел ездить и ходить свободно, куда хочу. Я уехал, потому что у меня не было иной возможности путешествовать. Я хотел снимать картины, какие я хотел. Вот и все!.. Меня интересовала жизнь за границей. Очень! Меня волновал, конечно, Париж, и Голливуд волновал... У меня были на Западе романы...

(И вот Кончаловский от путешествий и жизни на Западе неожиданно, но плавно переходит к теме мудрости. Он дал вариацию старой китайской пословицы «Мудрый познает жизнь не выходя со своего двора, а дуракам надо путешествовать». - И.С.)

- Сначала мне было важно, где обедать: в Париже или в Москве. А теперь важно - с кем.

- Тем более если вы на диете.

- Нет, все-таки важней - с кем. С женой любимой... С приятелем... С человеком, который делает тебя хоть на секунду лучше или умнее.

«Живи, как хочется. А потом ответь»

- А сын не обиделся на вас, когда вы сказали, что его «Антикиллер» - неправильное кино?

- Да нет. Чего обижаться? Он умный. Он получил хорошее образование, он философ, он относится к этому по-философски. Да я и не сказал «неправильное», я сказал: чуждое мне кино.

- Вам не понравилось, что он там кавказцев показал не очень симпатичными...

- Блокбастеры не имеют национальности. Там могли быть и русские, и испанцы, и итальянцы... Там только мат русский. Суть в другом тут. Егор должен снимать то, что ему хочется. Вообще, мы должны жить так, как нам хочется. По крайней мере стараться так жить. И за это отвечать. Вот в чем дело. Проблема в том, что придется отвечать. Как правило, приходится отвечать...

- Вы имеете в виду Страшный суд?

- Зачем? Я имею в виду другое. Если ты умнеешь, если тебе повезло и ты умнеешь, ты говоришь себе: что ж я такое делаю? Или наоборот: я делаю то, что я хотел. Ты должен отвечать сам перед собой. Или перед детьми. Но все равно надо жить, как хочется тебе, а не как кому-то нужно. Это самое большое счастье - жить, как хочется. А дальше начинаются вопросы: чего тебе хочется, какие у тебя цели в жизни, хочется ли тебе научиться чему-то еще. Учеба - это очень важно: пока ты учишься, ты молод.

- Вы чему-то еще учитесь?

- Все время, - отвечает он моментально.

- Чему именно?

- Сейчас? Итальянскому языку.

- А, ну да, вы привыкли ездить туда в отпуск. С детьми.

- Я постоянно учусь играть в теннис, все мечтаю обыграть Никиту. Я научился на лыжах на горных кататься. Недавно, шесть лет назад, мне было шестьдесят четыре года, - я впервые встал на горные лыжи. Потом я еще мечтаю выучить по-настоящему английский, чтоб читать Шекспира в оригинале. Но не доходят руки. У Шекспира богатейший язык! Я его по-английски читать не могу.

- Вы там жили-жили, учили-учили, и вот те на. Может, там просто много устаревших слов?

- Ну, устаревших или нет - какая разница! У него такое образное мышление, что просто диву даешься! Шекспир - это как Мандельштам по языку, по насыщенности, по образам, по чувствам...

Александр Бородянский Андрей Тарковский искусство кино кинематограф классическая музыка композитор демократия Дмитрий Быков документальный фильм Единая Россия выборы творческий вечер Евгений Миронов художественный фильм Фильм Глянец история Голливуд Дом дураков индивидуальная ответственность Италия знание деньги Москва музыкант дворяне Оскар личная ответственность Петр Кончаловский пианист политика проект Сноб Pussy Riot ответственность Поезд-беглец Сергей Рахманинов общество государство Святослав Рихтер Дядя Ваня деревня Владимир Путин Владимир Софроницкий Запад женщины Ёрник авангард Азербайджан Александр Домогаров Александр Симонов Алексей Навальный Америка Анатолий Чубайс Андрей Звягинцев Андрей Зубов Андрей Смирнов Анна Политковская анонимная ответственность Антон Павлович Чехов Антон Чехов Арт-Парк Белая сирень Белая Студия Ближний круг Болотная площадь Большая опера Борис Березовский Борис Ельцин Брейвик Бремя власти буржуазия Быков Венецианский кинофестиваль Венеция вера Вечерний Ургант видео Виктор Ерофеев Владас Багдонас Владимир Ашкенази Владимир Меньшов Владимир Соловьев власть Возвращение Возлюбленные Марии Война и мир воровство воспоминания Вторая мировая война гастарбайтеры гастроли Гейдар Алиев Дарья Златопольская Дворянское гнездо демографический кризис Джеймс Уотсон дискуссия Дмитрий Кончаловский Дмитрий Медведев Дождь Дуэт для солиста Евгений Онегин Европа земля Ингмар Бергман Индустрия кино интервью интернет Ирина Купченко Ирина Прохорова История Аси Клячиной Казань Калифорния КиноСоюз Китай Клинтон коммерция консерватория Константин Эрнст конфликт Кончаловский коррупция Кремль крестьяне крестьянское сознание Кристофер Пламмер критика Кулинарная Студия Julia Vysotskaya культура Ла Скала Лев зимой Лев Толстой лекция Ленин Леонид Млечин Ли Куан Ю Лондон Людмила Гурченко Макс фон Сюдов мальчик и голубь менталитет Михаил Андронов Михаил Прохоров музыка мэр народ национальное кино национальный герой Неаполь нетерпимость Ника Никита Михалков Николина Гора новое время образование Одиссей Олимпиада опера оператор Первый учитель Петр I Петр Первый Пиковая дама Питер Брук политические дебаты Последнее воскресение правительство православие президент премия премия Ника произведения искусства Пугачева радио Рай религия ретроспектива Рига Роберт Макки Родина Роман Абрамович Романс о влюбленных Россия РПЦ русские русский народ Самойлова Санкт-Петербург свобода Сезанн семья семья Михалковых Сергей Магнитский Сергей Михалков Сергей Собянин Сибириада Сильвестр Сталлоне Сингапур смертная казнь социальная ответственность спектакль спорт средневековое сознание Средневековье СССР Сталин сценарий сценарист США Таджикистан Танго и Кэш творческая встреча театр театр Моссовета телевидение телеканал терпимость к инакомыслию Тимур Бекмамбетов Три сестры Тряпицын Украина Укрощение строптивой улицы усадьбы фашизм феодализм фестиваль фонд Петра Кончаловского футбол цензура церковь цивилизация Чайка человеческие ценности Чехов Чечня Шекспир Ширли Маклейн Щелкунчик Щелкунчик и крысиный король Эхо Эхо Москвы юбилей ювенальная юстиция Юлия Высоцкая Юрий Лужков Юрий Нагибин